Молчание выживших


Молчание выживших

Раз в году наши политики зажигают траурный факел и слушают «Кадиш» на церемонии в Яд-ва-Шем. Раз в году они трогательно благодарят ветеранов Красной Армии за спасение еврейского народа. Во все остальные дни государственные деятели заняты более важными делами, а ветераны и выжившие в Холокосте («ницолей-шоа») экономят на лекарствах и питаются в благотворительных столовых. В период коронавируса число нуждающихся пенсионеров увеличилось почти на треть, и среди этих людей немало ветеранов и переживших Холокост.

Почему, несмотря на показное почтение к этим людям, еврейское государство не может обеспечить им достойное существование?

Принято считать, что пережившие Холокост – самая привилегированная группа среди пенсионеров Израиля. Действительно, список положенных им льгот занимает не одну страницу. У ветеранов список поскромнее, но все равно выглядит вполне солидно. Тут и надбавки, и разовые выплаты, и скидки на аренду жилья и электричество, и оплата медицинских услуг. Вот только в сумме все эти бонусы и подачки составляют копейки, на которые можно выжить, но нельзя жить по-человечески, когда они добавляются к нищенскому олимовскому пособию по старости.

К примеру, недавно правительство гордо отрапортовало, что ежегодная выплата для беженцев Холокоста выросла до 6500 шекелей, а для ветеранов Второй мировой войны – до 6200 шекелей. В месяц это 542 и 516 шекелей, соответственно. Сколько раз можно сходить в супермаркет на эти деньги? Причем далеко не все льготы выделяются автоматически: чтобы их получить, надо следить за постоянно обновляющимися правилами, подавать просьбы в различные инстанции, собирать документы… Легко ли это делать ветеранам и «ницолей-шоа», большинство из которых старше 85 лет?

К сожалению, такой балаган характерен для всей нашей социальной сферы – людям приходится буквально с боем выбивать из различных инстанций то, что положено им по закону. Кто-то теряет терпение и выходит на улицы, перекрывая дороги, или создает политические движения. Такой метод борьбы выбирают многие - новые репатрианты, выходцы из Эфиопии, социальные работники, учителя, инвалиды. Чаще всего протестующие добиваются своего, поскольку в нашей стране в первую очередь слышат тех, кто громче кричит, но совсем не слышат молчащих. Среди этих незаметных и неуслышанных остаются ветераны и уцелевшие в Катастрофе, которые уже не способны на акции протеста. И не только в силу возраста, а потому что их слишком мало, и с каждым годом становится все меньше. По данным Службы национального страхования в Израиле немногим больше 160 тысяч переживших Холокост и всего около трех тысяч ветеранов.

Помимо всего прочего, для политической системы это слишком незначительный электорат, не заслуживающий внимания, неспособный лоббировать свои права и потому не имеющий своего представительства в структурах власти. Неудивительно, что о них вспоминают лишь в День памяти и 9 мая, а после забывают на целый год. Не то что наши министры и депутаты столь бездушны и циничны и вместо живых людей видят только цифры. Просто каждый раз, когда встает вопрос о распределении бюджета, находятся более насущные статьи расходов, более влиятельные игроки, настойчиво требующие свой кусок финансового пирога. Ветераны и уцелевшие в Катастрофе оказываются в самом конце этой очереди и довольствуются остатками.

Есть и другая сторона вопроса, о которой в Израиле не принято говорить вслух, хотя она очевидна. Наше государство всегда пользуется возможностью переложить какую-то свою проблему на чужие плечи, а еще лучше – решить ее за чужие деньги. В данном случае речь о Германии, которая выплачивает разные виды компенсации жертвам Холокоста, о международных фондах вроде Клеймс Конференс и даже о странах бывшего СССР, откуда родом большинство ветеранов. В некоторых случаях власти даже вычитают из пособий израильтян суммы, полученные из этих источников.

Определенная логика здесь есть: Германия добровольно искупает свою вину перед мировым еврейством, а советские ветераны защищали в первую очередь свою страну и заслужили ее благодарность. Вот только с таким подходом мы не очень похожи на полноценное самостоятельное государство. Ведь это дело государства – заботиться о своих гражданах, особенно о тех, кто пострадал только потому, что был евреем, или внес свой вклад в спасение еврейского народа. Если другие страны хотят помочь этим людям, это их право, но их благополучие и здоровье – наша и только наша ответственность. Тем более, что ни Германия, ни Россия не готовы полностью обеспечить граждан Израиля (что справедливо), поэтому всех пособий и выплат на пристойную жизнь все равно не хватает.

Между прочим, среди «ницолей шоа» есть те, кто принципиально отказывается от немецких выплат, – они не хотят получать деньги от страны, убивавшей евреев, и не считают, что кровь жертв можно искупить пособиями. Со стороны Израиля тоже было бы достойным шагом не принимать деньги от Германии и самим обеспечить нужды своих граждан, выживших в Катастрофе. Это решение обошлось бы нам дорого, зато мы бы не выглядели обществом с вечно протянутой рукой и не заставляли своих стариков жить на чужие подачки.

Есть еще одна, совсем уже постыдная причина, по которой забота о ветеранах и «ницулей-шоа» постоянно откладывается в долгий ящик. Чиновники и политики ждут, что рано или поздно проблема разрешится естественным путем. Выживших в Холокосте и ветеранов в Израиле становится все меньше. В какой-то момент их останется так мало, что государство сможет без ущерба для бюджета увеличить их пособия в несколько раз, продемонстрировав свое благородство и щедрость. Правительство, при котором произойдет эта реформа, поставит себе жирную галочку в список добрых дел и будет постоянно напоминать об этой своей заслуге. Возможно, это произойдет достаточно скоро: смертность среди этой категории населения растет с каждым годом. А пока ветераны и «ницолей шоа» будут довольствоваться тем минимумом, который достается им от еврейского государства.

Автор: Ирина Петрова.

ПОДЕЛИТЬСЯ
ВСЕ ПО ТЕМЕ
КОММЕНТАРИИ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
ЗНАКОМСТВА
МЫ НА FACEBOOK